Согласно новому анализу Bloomberg, бывший президент США Дональд Трамп продолжает использовать своё влияние и политический статус для личного обогащения, подобно предыдущим администрациям — от Байденов до Клинтонов. Хотя его чистый капитал остался практически неизменным — около $6,5 млрд в день выборов и $6,4 млрд сегодня — эксперты отмечают существенный сдвиг в стратегии: Трамп и его семья всё активнее монетизируют своё влияние ради получения быстрой и значительной прибыли
Центральной фигурой в этом процессе стала крипто-бонанза, связанная с проектами, напрямую связанными с брендом Трампа. В частности, такие инициативы, как World Liberty Financial и мемкойн Trump Coin , принесли ему и его окружению минимум $620 млн всего за несколько месяцев, согласно данным Bloomberg Billionaires Index. Эти проекты активно используют имя и образ Трампа, а также его политическое влияние, что делает их особенно привлекательными для определённой группы инвесторов. Флагманский продукт World Liberty — USD1 , стейблкоин, привязанный к доллару США. При этом семья Трампа получает прибыль от продажи токенов, сохраняя контроль над частью материнской компании и значительным объёмом токенов собственного бренда.
Подобная практика вызвала обеспокоенность среди представителей власти, особенно со стороны демократов. Сенаторы Элизабет Уоррен и Джефф Меркли ещё в июне выступили с резким заявлением, в котором назвали выпуск стейблкоина, напрямую связанного с действующим или бывшим президентом, «беспрецедентным конфликтом интересов». По их мнению, такая ситуация представляет угрозу как для финансовой системы страны, так и для демократических институтов в целом. Они подчеркнули, что возможность личной финансовой выгоды президента от успешности цифрового актива противоречит основам этики государственной службы и может привести к злоупотреблениям полномочиями.
В попытке регулировать этот сектор Конгресс принял Закон GENIUS , направленный на установление более строгих правил обращения со стейблкоинами. Однако попытки демократов включить в закон положение, запрещающее президенту и его ближайшему окружению получать прибыль от таких операций, оказались безуспешными. Это говорит о том, что современные нормы и законы пока не успевают адаптироваться к быстро меняющейся реальности криптоэкономики, где границы между политикой, бизнесом и технологиями становятся всё более размытыми.
Если ранее конфликты интересов чаще всего возникали из-за связей с корпорациями или фондами, то теперь они выходят в цифровое пространство, где контроль становится сложнее, а последствия — масштабнее. Эксперты уже говорят о необходимости пересмотра политик в области управления конфликтами интересов с учётом особенностей криптоактивов, чтобы избежать системных рисков и защиты доверия к государственным институтам.