За что общество так ненавидит Соколова

За что общество так ненавидит Соколова

Согласно опубликованному в интернете видео, историка Олега Соколова петербуржские следователи привезли к набережной реки Мойки в бронежилете и каске, опасаясь нападения на обвиняемого. Экс-доцент СПбГУ в ходе следственного эксперимента показал, как попытался утопить в реке рюкзак с отпиленными руками аспирантки Анастасии Ещенко.

При попытке избавиться от улик Соколов сам свалился в реку и принялся звать на помощь. После спасения его отправили в больницу с переохлаждением. Рюкзак тоже выловили, хотя Соколов пытался от него отречься. Увидев в нем женские руки, спасатели обратились в полицию, и вскоре в квартире историка провели обыск. Так нашли обезглавленное и без рук тело Ещенко.

Экспертиза показала, что Соколов убил девушку во сне, четырьмя выстрелами из обреза.

Погибшую девушку отпевали в Троицкой церкви в ее родной станице Старовеличковской Краснодарского края.

Матери убитой аспирантки СПбГУ Анастасии Ещенко Галине стало плохо во время отпевания. Женщина сидела у гроба дочери громко рыдала.

«Во время церемонии прощания для матери убитой студентки СПбГУ вызывали бригаду медиков», — сообщает «Пятый канал». Отмечается, что у храма дежурила скорая помощь. Погибшую девушку отпевали в Троицкой церкви в ее родной станице Старовеличковской Краснодарского края, передает агентство Nation News.

Анастасия Ещенко погибла 7 ноября. В убийстве признался ее возлюбленный доцент Олег Соколов. Он застрелил девушку во время ссоры, а затем расчленил ее. Его арестовали утром 9 ноября при попытке избавиться от рук убитой. Уже 11 ноября суд Санкт-Петербурга арестовал Соколова до 8 января 2020 года.

В последнее время внимание общественности приковано к истории убийства студентки в Питере, которую застрелил доцент исторического факультета СПбГУ Олег Соколов. Во время следственного эксперимента на Соколова даже надели каску и бронежилет, чтобы обезопасить его, об этом рассказывали наши коллеги из «Фонтанки». До этого на Урале сильный общественный резонанс вызывала история убийства Ксении Каторгиной из-за Audi. Мы решили спросить у екатеринбургского психолога Анны Кирьяновой, почему кровавые убийства приковывают к себе столько внимания.

— Разделим тех, кто наслаждается, любуется и получает удовольствие от смакования кровавых подробностей убийств, и тех, кто следит за развитием ситуации и хочет разобраться в ней. Это применимо и к журналистам, и к читателям. Чрезмерное внимание, нездоровый ажиотаж подогревают журналисты, которые публикуют кровавые детали и подробности. Ответственность лежит на нас всех. В 90-е, например, по телевизору показывали в новостях трупы крупным планом, рассказывали о подробностях убийств, а тогда криминала было очень много.

Я всегда стараюсь избежать комментирования таких ситуаций. Самая острая проблема в том, что, на мой взгляд, очень много психически больных людей, настоящих, не психопатов или абьюзеров, находится на свободе. На свободе находятся преступники, которых почему-то отпускают, якобы они исправились, потому что в убийстве Ксении Каторгиной принимали участие ранее судимые люди, по крайней мере один из них. К сожалению, люди сейчас беззащитны, и происходят подобные вещи.

Подобные события выходят из ряда вон, это не история о том, что в дендрарии расцвели розы. Это новость редкая, будоражащая, она производит сильное эмоциональное впечатление. Поэтому человек, который об этом пишет, должен нести определенную ответственность. Например, в «Яндекс.Дзен» есть понятие трагического контента. Если ты пишешь подобное, то тебе не включают рекламу, ты не заработаешь на этом ни копейки. Если хочешь услаждать чье-то сознание кровавыми подробностями — пожалуйста, но заработать на этом не получится.

Интерес нормальных, здоровых людей к подобным вещам — это эмоциональная реакция. Потому что, когда происходят такие преступления, они вызывают в людях сильнейшие негативные эмоции: тревогу, страх, полную психологическую фрустрацию, — это естественно. Например, когда мы видим на улице приятную, красиво одетую девушку — это один вопрос. А когда ты видишь изуродованный труп — естественно, это произведет большее впечатление. Мы так устроены. Негативные эмоции сами по себе более сильные.

Потом наступает стадия, когда человек реагирует только на такие, негативные новости. Он читает только криминальные хроники. Это как с фильмами ужасов. Рано или поздно чувствительность притупляется, порог повышается, человек уже ищет подобного рода информацию, как говорится, пощекотать нервы. Но большинство людей все-таки читают такие новости по другим причинам: задето чувство справедливости. Свершилось нечто, что выходит за рамки морали. И люди ждут развития событий и адекватного наказания. В таких случаях пристальное внимание нормально — когда следят за судебным процессом, например. В таких случаях общественность может сыграть большую роль, как в истории с Лошагиным, тогда ведь именно внимание общественности дало поворот делу.

Люди не всегда следят за такими новостями с кровожадными намерениями. Это нормально. И нужно помнить, что опасных, психически больных людей очень много. Например, было нападение на журналистку «Эха Москвы», казалось бы, приличный человек пришел с ножом и набросился. Оказалось, что психически больной. И доцент, который ходил в костюме Наполеона. Наполеоны, они даже в анекдотах где находятся? Об этом надо писать: о психологической подоплеке, о юридической. О том, что в нашей системе до сих пор нет принудительного лечения. Эти моменты очень важны, и люди, как правило, это горячо обсуждают.