Причиной смерти Юлии Началовой стал палец

Причиной смерти Юлии Началовой стал палец

В числе заболеваний, которые убили певицу Юлию Началову, — чрезвычайно опасные гангрена и сепсис. Как вовремя их распознать и спастись, рассказывает «

16 марта умерла певица Юлия Началова, проблемы со здоровьем у которой начались с раны на ноге. Певица не спешила обращаться к врачам, считая, что заживление затягивается из-за диабета и волчанки, пишут СМИ. Это привело к развитию гангрены, а позже — к заражению крови.

Гангрена — это отмирание тканей организма. При этом они темнеют из-за сульфида железа, образующегося из железа гемоглобина в присутствии сероводорода. Она может возникнуть из-за проблем с кровоснабжением тканей, инфекций, физического или химического воздействия.

Основные симптомы гангрены — почернение пораженных тканей, набухание тканей вокруг раны, острая боль, онемение конечностей. Могут наблюдаться судороги, образовываться трофические язвы.

По консистенции погибших тканей гангрена делится на сухую и влажную.

Сухая гангрена поражает определенный участок тела и не распространяется далее. Распада омертвевших тканей почти не бывает, а всасывание токсических продуктов настолько незначительно, что интоксикация не наблюдается.

Влажная протекает более динамично, чем сухая, происходит заражение всего организма.

Газовая гангрена возникает при инфекциях из-за роста и размножения в тканях бактерий рода клостридий. Рост этой микрофлоры возможен только при отсутствии кислорода, однако споры возбудителей заболевания могут длительное время сохраняться и в кислородной среде. Такое название она получила из-за того, что при надавливании на края раны из тканей выделяются пузырьки газа с неприятным сладковато-гнилостным запахом.

Изредка гангрена может закончиться самоампутацией без дальнейшего поражения тканей.

При начинающейся ишемической (возникшей из-за нарушения кровоснабжения тканей) гангрене лечение заключается в восстановлении кровообращения в больной конечности. Восстановительные операции на артериях позволяют ограничить зону некроза и сохранить опорную функцию конечности. После восстановления кровотока удаляются только явно омертвевшие ткани.

Гангрена всего сегмента требует ампутации, однако ее уровень зависит от состояния кровообращения.

Хирурги должны стремиться к снижению уровня ампутации для сохранения функции конечности, но не в ущерб заживлению культи.

Инфекционная гангрена требует срочной ампутации. Культя формируется после очищения раны от инфекции. Отметим, что, как сообщила пиар-директор Юлии Началовой Анна Исаева в программе Первого канала «Пусть говорят», певица, находясь в сознании, отказывалась от ампутации пальца. «Она не дала удалить этот палец, где развилась инфекции, пока еще была в сознании. Очень этого боялась. Трудно судить, что бы было, если бы его удалили», — рассказала Исаева.

Основное средство лечения тканей, поврежденных гангреной — внутримышечные инъекции пенициллина в некротические участки пораженных органов. Также применяется переливание крови. Профилактика гангрены сводится к ранней обработке и дезинфекции раны, а также в принятии антибиотиков.

Инфекционная гангрена способна спровоцировать сепсис — заражение крови.

В отличие от гангрены, он сразу поражает весь организм.

Если сепсис не распознать на ранней стадии и не обеспечить своевременное лечение, он может вызвать септический шок, полиорганную недостаточность и смерть.

Сепсис развивается, когда ответ организма на инфекцию приводит к повреждению его собственных тканей и органов, и может привести к смерти или серьезному ухудшению состояния. Клиническое течение сепсиса может быть молниеносным (бурное развитие проявлений в течение 1-2 суток), острым (до 5—7 суток), подострым и хроническим.

К тревожным признакам и симптомам относятся повышение или понижение температуры тела и озноб, изменение психического состояния, затрудненное/учащенное дыхание, учащенное сердцебиение, ослабление пульса/низкое кровяное давление, синюшность или мраморность кожи, похолодание конечностей и сильные боли или дискомфорт в теле.

Сепсис может развиться у любого человека с инфекцией, однако повышенному риску подвергаются уязвимые группы населения — пожилые люди, беременные женщины, новорожденные, госпитализированные пациенты и лица с ВИЧ и СПИДом, циррозом печени, раком, заболеваниями почек, аутоиммунными заболеваниями и удаленной селезенкой.

Лечение направлено на борьбу с инфекцией (большие дозы антибиотиков) и повышение сопротивляемости организма. На раннем этапе важное значение также имеет инфузионная терапия для нормализации объема циркулирующей жидкости. При наличии ран необходимо своевременное удаление омертвевших тканей, уничтожение гнойных очагов, обработка ран антибиотиками и антисептиками.

Самостоятельное выздоровление при сепсисе практически невозможно.

При отсутствии лечения поражаются все органы — развиваются абсцессы легких и мозга, гнойный менингит, цистит, сердечная недостаточность. Возможно развитие септического шока — острого состояния, при котором ухудшается кровоснабжение, что ухудшает доставку кислорода и других веществ к тканям. Смертность при септическом шоке достигает 50%.

Для профилактики сепсиса рекомендуется своевременно лечить местные гнойные процессы, дезинфицировать любые раны и повреждения. Также необходимо соблюдать гигиену рук и правила приготовления пищи.

В СМИ появились версии о еще одном «виновнике» смерти певицы Юлии Началовой — устойчивой к антибиотикам бактерии. Могли ли «супербактерии» привести к гибели певицы и стоит ли вообще их бояться, «Газете.Ru» рассказал врач-терапевт высшей квалификационной категории Алексей Водовозов.

16 марта в возрасте 38 лет умерла российская певица Юлия Началова. Причиной ее смерти стал сразу целый букет заболеваний. Непролеченная травма ноги на фоне подагры, диабета и волчанки привела к гангрене и сепсису. Теперь же, вдобавок к этим диагнозам, в новостное пространство ворвалась новая теория — Началову погубила «супербактерия», устойчивая к антибиотикам. Действительно ли подобные бактерии опасны для жизни и могли ли они привести к смерти певицы, «Газета.Ru» расспросила врача-терапевта высшей квалификационной категории Алексея Водовозова.

Супербактериями в российской прессе называют бактерии, устойчивые к антибиотикам, при этом зачастую пугая их неизлечимостью. «Это термин не научный, а в основном журналистский. По-научному это будет называться «бактерии с устойчивостью к определенной группе антибиотиков» либо «бактерии с мультилекарственной устойчивостью, — поясняет Водовозов. — Чаще всего это бывает, когда говорят о туберкулезе. На территории России есть МЛУ-ТБ — мультилекарственно-устойчивый туберкулез. И, если во всем мире применяются, например, трехкомпонентные схемы, то у нас практикуется применение пяти-шести препаратов, чтобы с ним справиться».

Наиболее часто устойчивые к антибиотикам бактерии «выводятся» в больницах. Однако даже в этом случае они отнюдь не смертоносны.

«Когда начинают смотреть устойчивость, то получается, что, в зависимости от штамма, она может колебаться в десятки раз — от 8 до 63%. Но ни разу не было случая, чтобы наблюдалась стопроцентная устойчивость бактерии ко всем антибиотикам», — отмечает Водовозов.

При выявлении бактериальной инфекции сразу применяются препараты первой линии — те, с которых принято начинать лечение болезни. В случае их неэффективности переходят к препаратам второй линии, более эффективным, но и с большим количеством побочных эффектов. Если и они терпят неудачу, приходится прибегать к препаратам резерва — они достаточно действенны, но к ним быстро развивается устойчивость, поэтому они используются только в самых крайних случаях.

«Очень редко попадаются сообщения о том, что не сработали препараты резерва, и чаще всего это сообщения из стационаров», — подчеркивает Водовозов.

Наиболее распространенные госпитальные инфекции — Staphylococcus aureus (золотистый стафилококк) и Clostridium difficile (сложная клостридия). Последняя вызывает диарею, с которой очень тяжело бороться. Стафилококк же способен вызвать внутрибольничную пневмонию. Впрочем, чаще ее причиной становится Pseudomonas aeruginosa — синегнойная палочка.

«Существуют препараты против пневмонии, которые хорошо работают. Но если это будет госпитальная пневмония, тут уже могут быть проблемы, — говорит Водовозов. — Используются комбинации из препаратов нескольких классов, чтобы уж наверняка победить инфекцию. И пока это срабатывает. Нет достаточных данных о людях, которые умерли от госпитальной пневмонии из-за того, что им не смогли подобрать антибиотики. Если такое и происходит, то это единичные случаи».

Если говорить о сепсисе у Началовой, то вряд ли это была именно госпитальная инфекция, отмечает он.

«Смерть Юлии Началовой была связана скорее с особенностями иммунитета, у нее было несколько аутоиммунных заболеваний, — считает Водовозов. —

Это называется скомпрометированный иммунитет. Он просто не смог справиться.

Антибиотики — замечательная вещь, но для того, чтобы победить инфекцию, все-таки нужен иммунитет. Мы можем помочь антибиотиками, уничтожив основную часть бактерий, но антитела все равно должны вырабатываться».

Опасность «супербактерий» в прессе явно переоценена, отмечает Водовозов. Также неправильно связывать устойчивость бактерий с ростом использования антибиотиков — на самом деле она появилась задолго до того, как они стали массово применяться. В частности, еще в 1952 году было показано, что бактерии, устойчивые к пенициллину и стрептомицину, существовали до начала лечения этими препаратами.

В 1962 году наличие пенициллиназы, расщепляющего антибиотики пенициллинового ряда фермента, было обнаружено в покоящихся эндоспорах бактерий Bacillus licheniformis, которые были оживлены из высушенной почвы на корнях растений, хранившихся с 1689 года в Британском музее. Ряд других подобных находок показал, что некоторые штаммы бактерий были устойчивы к антибиотикам не только до их распространения, но и до появления человека.

Устойчивость бактерий к антибиотикам может быть обусловлена разными факторами, например, необходимостью уживаться с вырабатывающими их грибками. Возможны также и случайные мутации.

«Говорят, что резистентность бактерий к антибиотикам возникла недавно. Это не так. Она была всегда, — резюмирует Водовозов. — Сейчас они просто «вспомнили», что у них есть такие механизмы».

Для снижения рисков внутрибольничных инфекций и борьбы с развитием устойчивости у бактерий необходимы специалисты с соответствующей квалификацией, отмечает Водовозов, но их практически не осталось.

«В каждой достаточно большой больнице должен быть специалист клинический фармаколог, — говорит он. — Бывают даже отдельные специалисты, которые называются антибиологи — те, кто мониторит микрофлору внутри больницы. Но таких специалистов у нас в стране раз-два и обчелся. Раньше они были в любой центральной районной и областной больнице».